Журнал DiveTEK - для увлеченных дайверов. Технологии полгружений. Поиск. История. Экспедиции.

Анонс нового номера


Ok Club Thailand


СНАРЯЖЕНИЕ

МЕСТА ПОГРУЖЕНИЙ
АФРИКА
ЕВРОПА
АЗИЯ
АМЕРИКА И КАРИБЫ


КОГДА МЫ БЫЛИ ТАМ

ИССЛЕДОВАНИЕ ОКЕАНСКИХ ГЛУБИН С ПОМОЩЬЮ ПИЛОТИРУЕМЫХ ПОДВОДНЫХ АППАРАТОВ !

КРУГЛЫЙ СТОЛ С АНАТОЛИЕМ САГАЛЕВИЧЕМ

ДОН ВОЛШ (DON WALSH) PhD (доктор философии), Капитан ВМФ США (ныне в отставке)

Мой старый друг Дон Волш (Don Walsh) любезно согласился написать несколько слов для журнала DiveTek.

Дон Волш - один из двух людей на нашей планете, которым удалось погрузиться на дно самого глубокого места в океане - Марианской впадины. Вторым человеком был сын замечательного швейцарского ученого Огюста Пикара, конструктора стратостатов и батискафов, - Жак Пикар. Это историческое погружение состоялось 23 января 1960 года в батискафе «Триест», созданном Огюстом Пикаром. Никому еще не удалось побить этот рекорд глубины, которому в январе 2005 года исполнилось 45 лет.

С Доном Волшем нас связывает старая дружба. Мы впервые встретились в Вашингтоне в 1980 году и с тех пор практически не теряли связи. Закончив свою подводную карьеру, он более 10 лет работал директором Института по изучению прибрежной зоны океана при Южно-Калифорнийском университете. Я посещал несколько раз этот Институт в 1980-е годы, сделал там несколько докладов. В 1999 году состоялось второе рождение Дона Волша как подводника. Мы с ним погрузились на глубину 2300 метров на гидротермальном поле Рэйнбоу вблизи Азорских островов в глубоководном обитаемом аппарате «Мир-1». А в 2000 году Дон Волш погружался в аппарате «Мир-2» на «Титаник», на глубину 3800 метров. Конечно, это не 10 916 метров, которые он достиг в 1960 году, но это были погружения в аппаратах нового типа - малогабаритных, легких, маневренных, по сравнению с которыми батискаф «Триест», совершивший историческое погружение в Марианскую впадину, кажется настоящим монстром.

Свою статью Дон Волш посвящает читателям журнала DiveTek

Анатолий Сагалевич

В 1958 году я был лейтенантом ВМФ США и служил на подводных лодках. Как раз тогда я получил приказ, предписывавший мне стать первым командиром принадлежавшего ВМФ США батискафа «Триест» (Trieste). Это был один из всего лишь двух существовавших в мире глубоководных аппаратов (второй аппарат принадлежал французскому флоту). В то время я не имел сколь-нибудь реального представления об океанских глубинах. Ну а что вы хотите? - подводные лодки Второй мировой войны, на которых мне довелось нести службу, имели максимальную рабочую глубину 312 футов. Все, что лежало глубже этой отметки, не имело ко мне никакого отношения! И вот теперь мне вдруг предстояло стать пилотом подводного аппарата, который мог погружаться на тысячи футов! Эта новая работа обещала стать неплохим приключением!

«Триест» был куплен в 1958 году у швейцарского профессора Огюста Пикара (Auguste Piccard). Профессор вместе со своим сыном Жаком (Jacques Piccard) построил батискаф в Италии в 1954 году. Именно Огюст в 1940-х годах изобрел глубоководный аппарат типа «батискаф». Строго говоря, «Триест» был его третьим батискафом.

После включения «Триеста» в 1958 году в состав ВМФ США он был передан в исследовательскую лабораторию в Сан-Диего, штат Калифорния. Жак Пикар и его главный механик Джузеппе Боно (Giuseppe Buono) прибыли вместе с батискафом, чтобы проинструктировать моряков, как осуществлять эксплуатацию и обслуживание аппарата. Семеро военных - два офицера и пятеро солдат срочной службы были привлечены в этот проект. Решения о том, где совершать погружения и на что именно направлять усилия, принимались гражданским научным персоналом лаборатории. Доктор Андреас Рехнитцер (Andreas Rechnitzer), морской биолог, был назначен научным руководителем исследовательских работ.

Мое первое погружение состоялось весной 1959 года неподалеку от Сан-Диего. Это было погружение на 4000 футов. Я вскоре узнал, что по океанским меркам это считалось, в общем-то, мелководьем. Морские специалисты, которые отвечали за нашу программу работ на батискафе, сказали мне, что они планируют отправить «Триест» в глубочайшую точку Мирового океана. Я тогда подумал, что они сошли с ума. Однако я хотел сделать это...

В 1959 году мы перевезли «Триест», все оборудование и персонал на базу ВМФ на острове Гуам (Guam) в западной части Тихого океана. Преимущество Гуама заключалось в том, что он находился всего в 250 милях от самой глубокой точки Мирового океана - Бездны Челленджера в Марианской впадине, глубина которой составляет порядка 36 000 футов.

Как мы узнали об этой глубине? В начале 50-х годов английский исследовательский корабль «Челленджер» (HMS Challenger) заявил о том, что обнаружил эту точку. Затем русский исследовательский корабль измерил эту глубину, подтвердив информацию англичан. И наконец, океанографическое судно из Института океанографии Скриппса (Scripps Institution of Oceanography) в Калифорнии произвело в этой точке соответствующие замеры и согласилось с тем, что это и в самом деле глубочайшая точка Мирового океана.

Много лет спустя я приехал в Калининград, где посетил музей, созданный на борту списанного советского судна «Витязь», - там я услышал другую историю. Оказалось, что именно это советское судно еще в 1949 году первым обнаружило глубочайшую точку на земном шаре, однако правительство не разрешило опубликовать эту информацию, и пальма первенства досталась англичанам. Персонал музея любезно предоставил мне копию научного отчета, датированного 1949 годом, в котором было впервые упомянуто об этом открытии. Так политика встала на пути признания научного первенства России в этом океанографическом исследовании.

Мы добрались до острова Гуам в сентябре 1959 года и вскоре заново собрали «Триест». Работая часами напролет по семь дней в неделю, начали серию тестовых погружений, постепенно увеличивая глубину. К концу года мы достигли глубины 18 500 футов, что являлось новым мировым рекордом. Предыдущий рекорд был поставлен в 1954 году французским батискафом FNRS-3 (вторым батискафом Пикара), который погрузился на 12 500 футов вблизи Дакара в Африке.

В начале января 1960 года Жак Пикар и я погрузились на «Триесте» на глубину в 24 000 футов, что явилось некой репетицией перед самым глубоким погружением. И наконец, 23 января мы совершили беспримерное по глубине погружение в Бездну Челленджера. Мы достигли глубочайшей точки Мирового океана - 35 800 футов.

Отныне меня стали называть «Пилотом №1 глубоководных аппаратов морского флота». Кроме того, я стал первым пилотом глубоководных аппаратов в США. Подумать только, меньше чем за год до этого я считал погружение глубже нескольких сотен футов безумием:

Я оставался в составе программы до мая 1962 года - до тех пор, пока не вернулся в подводные вооруженные силы.

После моего командования подводными лодками я был назначен на береговые работы, связанные с научными исследованиями и освоением ресурсов океана. В 1975 году я уволился из ВМФ и стал профессором океанских технологий в Университете Южной Калифорнии, где и пребывал до 1983 года. Примерно в то время я основал свою консалтинговую компанию International Maritime Incorporated (IMI). За годы, прошедшие с тех пор, IMI предприняла множество проектов, связанных с проектированием, сооружением и эксплуатацией подводных аппаратов.

В 1980 году на конференции по океанским технологиям, проходившей в Вашингтоне (округ Колумбия), я впервые познакомился с российскими программами глубоководных погружений с участием человека. Там же я встретил доктора Анатолия Сагалевича, который возглавлял лабораторию пилотируемых подводных аппаратов в Институте Океанологии им. П.П. Ширшова в Москве. Анатолий пригласил меня в свой институт в качестве гостя Российской академии наук (в те времена АН СССР), потом я совершил еще три поездки в Советский Союз. Анатолий был организатором моих визитов в СССР. Его лаборатория пользовалась в то время двумя подводными обитаемыми аппаратами Pisces канадской постройки, которые могли погружаться на глубину до 6000 футов. Вдобавок в их распоряжении был подводный обитаемый аппарат российской постройки «Аргус», способный погружаться на глубину 2000 футов. Тогда я не принимал участия в погружениях, но встретил многих людей, с которыми мне довелось работать позже.

В 1985 году IMI начала работать с созданными незадолго до этого программами туристических подводных погружений, благодаря которым миллионы обыкновенных людей получили возможность насладиться подводными приключениями. В течение последующих 20 лет в сорока пяти подводных лодках, построенных специально для подводного туризма, совершили погружения более 10 миллионов пассажиров на высочайшем уровне безопасности. Эти большие специализированные подводные аппараты, рассчитанные в среднем на 48 пассажиров, погружаются максимально на 150 футов. Обычно они работают в ограниченном подводном пространстве, поскольку габариты этих лодок не позволяют перемещать их в другие места. Благодаря моей консультационной деятельности я имел возможность несколько раз пилотировать эти крупногабаритные подводные аппараты.

В 1998 году рынку подводного туризма был предложен новый продукт - «рискованное погружение». Теперь пассажиров на проверенных глубоководных аппаратах доставляли на известные дайв-сайты. Как раз в это время я снова стал работать с профессором Сагалевичем. В 1987 году его группа добавила к двум аппаратам Pisces два глубоководных аппарата «Мир», способных погружаться более чем на 20 000 футов. «Миры» были построены в Финляндии по проекту, разработанному в Институте океанологии им. П.П. Ширшова. Каждый аппарат был рассчитан на одного пилота и двух пассажиров. Они предназначались для научной работы, но позже начали использоваться для так называемых «рискованных погружений».

Майк МакДауэлл (Mike McDowell), австралийский искатель приключений, совместно с Анатолием Сагалевичем разработал идею, которая состояла в том, чтобы доставлять людей к известным культурным и природным историческим местам на больших глубинах океана. Два «Мира», установленные на судно обеспечения «Академик Мстислав Келдыш», идеально подходили для их операций. Так в 1998 году при участии моей фирмы IMI была образована новая компания Deep Ocean Expeditions (DOE).

Первая экспедиция DOE состоялась в 1998 году и имела своей отправной точкой St. Johns Newfoundland. Ее целью был затонувший «Титаник», лежащий на глубине 12 500 футов. Трое опытных пилотов аппаратов «Мир», включая Анатолия Сагалевича, уже много раз погружались на знаменитый объект. Это было хорошее место, для того чтобы открыть людям новый объект подводных приключений.

С тех пор в аппаратах «Мир» почти каждый год на «Титаник» погружаются обычные люди, желающие взглянуть на останки этого некогда великого судна.

В течение последних нескольких лет «Миры» освоили и другие подводные объекты и интересные места, среди которых затонувший линкор времен Второй мировой войны «Бисмарк» (глубина - 15 500 футов) и гидротермальные источники, так называемые «черные курильщики», в Атлантическом океане и вблизи западного побережья Мексики (средняя глубина 8 000 футов). Есть надежда, что в самом скором времени будут совершены первые погружения к истинному Северному полюсу, расположенному на дне Северного Ледовитого океана.

Мне посчастливилось совершить погружения в большинстве этих мест. И почти всегда пилотом во время этих погружений был мой старый друг Анатолий, с которым мы знакомы почти 25 лет.

Одновременно с «Мирами» DOE также использовала мелководные подводные аппараты с целью исследовать останки древних судов, затонувших в Средиземном море. Начиная с 2003 года, компания владеет тремя подводными аппаратами, способными опускаться на глубины до 3300 футов. Будущие проекты предполагают погружения в проливе на северо-западе Канады и к затонувшим судам Второй мировой войны в Тихом океане.

Со времен «Триеста» я оставался в строю и активно участвовал в проектировании, сооружении и эксплуатации подводных аппаратов по всему миру. Я пилотировал несколько подводных аппаратов и проводил долгие месяцы под водой в военных субмаринах. Погружения, которые я совершаю сегодня, приносят мне такое же удовольствия, как и те, что я совершал почти четыре десятилетия назад.

Очень часто меня спрашивают: «Погружение - на что это похоже?» Кратко могу ответить так: это подобно полету в космос. Уйдя с поверхности океана, вы ощущаете лишь слабое движение (да и на самой поверхности чувствуется только легкое покачивание, если не штормит). Аппарат спускается и поднимается настолько медленно, что если вы посмотрите в иллюминатор, то совершенно не ощутите быстрого движения. Где-то между 500 и 1000 футов (в зависимости от места) наконец тает последний луч дневного света, и вы погружаетесь в глубоководную тьму. Впрочем, что-то увидеть можно - благодаря тому, что большинство подводных обитателей, живущих на таких глубинах, излучают свет в той или иной форме (явление флюоресценции).

Внутри большинства подводных аппаратов вполне комфортный микроклимат. На глубине в несколько сотен футов вода достаточно холодная, а в кабине экипаж и пассажиры не замерзают - тепло там генерируется оборудованием и непосредственно телами людей, находящихся в аппарате. Внутри обитаемой сферы поддерживается нормальная атмосфера путем химического поглощения углекислого газа и пополнения расхода кислорода из баллонов высокого давления.

По мере приближения подводного аппарата к океанскому дну пилот внимательно следит за расстоянием от дна по эхолоту, чтобы вовремя затормозить движение и совершить мягкую посадку. Если место посадки неподходящее (скалы, расщелины и т.д.), можно легко «продолжить полет» в толще воды и найти другое место. Во время погружения пилот постоянно поддерживает регулярную связь с надводным судном обеспечения посредством гидроакустического (беспроводного) телефона. К тому же судно может следить за движением подводного аппарата, используя установленный на нем гидроакустический маяк.

В некоторых аппаратах наиболее сложный этап глубоководного погружения - это вход экипажа в подводный аппарат и выход из него, когда он находится на поверхности воды. Однако в случае с «Мирами» посадка и выход экипажа не составляют проблемы, поскольку эти действия совершаются прямо на палубе «Академика Мстислава Келдыша».

Глубоководное погружение - это приключение и удовольствие. К тому же приключение безопасное, благодаря высокому профессионализму пилотов и всей команды подводников. Подводные аппараты, используемые для научных, коммерческих и туристических целей, полностью соответствуют международным стандартам по части проектирования, сооружения и обслуживания. За время, прошедшее с 1950-х годов, более 250 обитаемых подводных аппаратов были запущены в эксплуатацию (из них в настоящее время активно эксплуатируются около 60). Более 11,5 миллионов человек совершили на них погружения. И за весь этот период произошло только пять несчастных случаев, последний - в начале 1970-х годов.

Я надеюсь, что когда-нибудь и вы сможете присоединиться к тем, кто уже прикоснулся к тайне великих глубин.


Rambler's Top100

Дайвинг - рейтинг DIVEtop
Поддержать сайт в
рейтинге DIVEtop.ru
Яндекс цитирования

Обмен сылками


Get Adobe Reader
DiveTek © 2003-2008. При любом использовании материалов сайта активная ссылка на www.dive-tek.ru обязательна.
Главная Главная Карта сайта e-mail Skype us Домашняя страница О журнале Анонс Рубрики Архив журнала Контакты Реклама English Условия использования